Развал – не реформа, кража – не приватизация. Шахты-двойники и другие схемы разворовывания государства.




 

Часть первая - "Копанки государственного масштаба. Что находит и теряет страна в своих недрах?"

Приватизация углепрома: реформа отрасли или передел рынка?

Постановлением Кабмина № 987 от 19.09.2012 г. утвержден перечень угледобывающих предприятий, которые будут выставлены на приватизацию в 2013-2014 годах. Согласно планам правительства, приватизация в угольной отрасли должна завершиться в 2015 году, причем, как говорят в Фонде госимущества, приватизация шахт будет осуществляться «по новой для Украины процедуре».

В соответствии с решением правительства Минэнергоугля приказом № 1004 от 13.12.2012 г. утвердило список угольных объединений, которые должны осуществлять  подготовку шахт для приватизации: «Волыньуголь», «Донецкая угольная энергетическая компания», «Макеевуголь», «Красноармейскуголь», «Артемуголь», «Львовуголь», «Орджоникидзеуголь», «Шахтерскантрацит», «Торезантрацит», «Снежноеантрацит», «Луганскуголь», «Первомайскуголь», «Донбассантрацит».

Ради экономии места не будем приводить полный список шахт, скажем лишь, что в Донецкой области на приватизацию предполагается выставить 35 подразделений.

Обращают на себя внимание четкие и даже, можно сказать, чересчур сжатые сроки приватизации такого количества объектов. Поневоле вспоминается, что в начале 2015 года заканчивается президентский срок Виктора Януковича…

Кабмин декларирует, что он планирует передать в частную собственность убыточные шахты. По мнению правительства, это должно избавить госбюджет от необходимости выплаты дотаций, которые, по оценкам Министерства финансов, тянут на сегодняшний день из бюджета 4,7 миллиарда гривен. Убыточные шахты власть согласна продавать по символической цене в одну гривну. Собственником станет тот, кто будет готов вложить наибольшие средства в развитие предприятия.

С экономической точки зрения, передача неприбыльных шахт частному инвестору даже за символическую сумму как бы выгодна государству. Однако есть немало «но», которые, прежде всего, связаны с украинскими реалиями. Ведь некоторые шахты у нас становятся убыточными не в силу экономических и прочих объективных причин, а потому, что «кто-то где-то принял решение». Исходя из такого посыла, анализ перечня подлежащих распродаже угледобывающих предприятий порой вызывает если не недоумение, то, как минимум, вопросы.

Донецкая газета "Жизнь" привела недавно высказывания директора государственного шахтоуправления «Южнодонбасская № 1» Владимира Коломийца по поводу добычи одного миллиона тонн угля:  «День, когда на шахте досрочно выполнен годовой план, лучший для руководителя. Потому как ровно год назад, когда формировалась программа на 2012-й, из-за дефицита средств имелись большие сомнения в устойчивой и продуктивной работе предприятия.

Сейчас на шахте полностью выплатили зарплату и никому не должны.

Мы, безусловно, на правильном пути. И для продуктивной работы ничего, кроме стабильности, не надо. Потому что все стратегические вопросы дальнейшего развития шахты ныне решены».

Нужно отметить, что указанная газета сочла событие настолько значительным, что разместила по этому поводу еще одну публикацию с многообещающим заголовком: "Владимир Коломиец: Миллионный рубеж - только начало..."

Останавливаемся мы на этом не зря, ниже об этой шахте поговорим более детально. Сейчас же отметим два момента.

Первое – есть, значит, у нас перспективные шахты, а потому тот, кто говорит о полном упадке углепрома (а таковые речи чаще всего звучат сверху), как говорят в народе, «держит камень за пазухой».

Второе. В приведенных публикациях как нечто выдающееся, по крайней мере, не ниже достижения миллионного рубежа, отмечено, что поздравить горняков приезжал лично генеральный директор ООО «Топливно-энергетический капитал» Сергей Коваленко (запомним название – далее мы оценим вклад этого предприятия в развитие углепрома). Причем и газета, и Владимир Коломиец заявили, что стабильный производственный результат получен именно благодаря сотрудничеству с этой фирмой.

Возвращаясь к списку минугля, отметим, что некоторые из угольных предприятий, вошедших в приватизационный перечень, также способны выдавать «на гора» не менее 1 млн. тонн угля в год, и абсолютно не понятно, почему в этом списке оказалось объединение «Макеевуголь», которое, исходя из имеющейся в открытых источниках информации, работает стабильно, добывает угля намного больше и даже позволяет себе проводить массовые рекламные имиджевые кампании.

Не меньше вопросов возникает по поводу процедуры приватизации. Системный анализ положений закона «Про особливості приватизації вугледобувних підприємств» и приведенного Постановления Кабмина № 987 показывает, что шахты должны приватизироваться на основе аукциона, а если не найдется желающих в нем участвовать, то путем проведения инвестиционного конкурса. Если же и в этом случае не найдется потенциальных покупателей, то Кабмин может разработать и применить иной порядок приватизации. Думается, что неполных два года недостаточно на приватизацию нескольких десятков объектов при тщательном осуществлении всех процедур, если только не продавать их, так сказать, скопом, а не каждый отдельный объект. Да и ответственным, подчеркнем – истинным ответственным покупателям необходим достаточный срок для оценки лотов, подготовки или аккумулирования финансовых  ресурсов и тому подобное, ведь в приватизационном списке почти 70 шахт. Причем почти полтора десятка шахт предполагалось продать уже в марте текущего года, но месяц заканчивается, а подвижек нет. То есть, либо наша власть, как уже писал «ОстроВ», "недолугая", либо идут какие-то скрытые процессы, о которых нас не ставят в известность.

Похоже, что под приватизационный каток постараются подвести в первую очередь не те шахты, которые определят по принципу наибольшей экономической эффективности для государства, а те, которые интересуют конкретных потенциальных покупателей, и эти люди известны. Так что крутить приватизационную рулетку будет ограниченный круг лиц, и результат этой игры предсказать несложно. Конечно, не исключены какие-то конфликты, споры между ними. Но практика приватизации облэнерго и других лакомых кусочков украинской экономики показала, что они умеют договариваться между собой. Так что кризис в угольной промышленности, как верно подметил профессор Преображенский, происходит в головах. Или кто-то из читателей уверен, что ему позволят прикупить ради удовлетворения своего честолюбия какую-нибудь шахтенку за одну гривну?

Анализ состояния дел в углепроме и действий власти показывает, что кому-то очень хочется доказать всем нам, что в угольной промышленности действительно имеется глубокий кризис, а приватизация – это единственно возможный способ спасения отечественных шахт и обеспечения занятости шахтеров. При этом умалчивается, что до кризиса донецкие шахты доводят искусственно, в частности, за счет развития сети нелегальных копанок, о чем говорилось в предыдущей публикации. Ведь главной причиной неблагополучного финансового состояния многих шахт кроется не в объеме добычи угля, который, кстати, в 2012 году возрос, а в сокращении рынка сбыта, затоваривании угольных складов государственных шахт и самоустранении правительства от помощи принадлежащим государству предприятиям в сбыте продукции, о чем «ОстроВ» также писал. Если же у правительства не хватает ума и профессионализма в решении такой проблемы, могли бы позаимствовать опыт других государств.

Мировая, в том числе европейская практика передачи шахт в концессию или продажи частным владельцам  достаточно обширная. Но в чем коренное отличие мирового от украинского опыта приватизации? Идеология и философия приватизации «у них» преследовали решение важных государственных проблем во благо всех, как государства, так и его граждан, – снятие социальной напряженности, привлечение инвестиций и модернизация угледобывающей промышленности, обеспечение нормального функционирования предприятий, обеспечение занятости и зарплат, развитие экономики, стабильность поступления налогов в государственную казну и так далее. Выручке от продажи госсобственности отводилось последнее место, поскольку это разовый акт, сиюминутная выгода, а перечисленное выше – это долговременная программа, работа на перспективу, на будущее страны.

Специфика украинской приватизации состоит в том, что она преследует только цель «снятия сливок» за счет перераспределения доходных предприятий в интересах отдельных лиц и финансово-промышленных групп. Об интересах общества и государства при этом, естественно, никто не задумывается. Так что, если дальнейшая реструктуризация углепрома и приватизация угледобывающих предприятий будут развиваться в том же русле, то завершится этот процесс не реформой, а банальным переделом собственности, в результате которого лучшие шахты перейдут в руки «картеля», в состав которого войдут «Семья» и приближенные к ней лица, без проведения честного и открытого аукциона или приватизационного конкурса с привлечением серьезных, полноценных инвесторов, которые могли бы составить конкуренцию нашим олигархам.

Развал отрасли – это не реформы, воровство – не приватизация.

Чтобы понять, какие такие «процедуры» передачи угледобывающих предприятий новым хозяевам могут быть задействованы в углепроме, давайте проследим ситуацию на примере шахт Донбасса. Прежде всего, возникает естественный вопрос – если угледобывающая отрасль хронически убыточна, то почему люди так упорно лезут в убыточный бизнес? Или мы чего-то не знаем? Точнее, или от нас что-то скрывают, что-то нам не договаривают? А не договаривают нам многое…

За красивыми лозунгами (забота о благосостоянии народа, о шахтерах, развитие экономики, спасение отрасли, наполнение бюджета и т.д.)  скрывается банальная схема «дерибана» углепрома, которая предусматривает предварительную модернизацию шахт фактически за бюджетные деньги с последующим их выкупом по бросовой цене. Вначале коротко перечислим этапы подготовки такой «приватизации», а затем рассмотрим на конкретных примерах.

1) Создание предприятий под приватизацию, иногда даже с наименованием, которое дублирует название государственной шахты.

2) «Победа» этих предприятий в тендерах, проводимых государственными угледобывающими предприятиями, в результате чего реализуются две цели:

– получение «навара» от продажи госшахте оборудования, которое закупается не у производителя, а через «свою» фирму, выступающую в качестве посредника или, как еще говорят, фирмы-прокладки;

- модернизация госшахты, которая будет приватизирована, за бюджетные, то есть наши, деньги перед ее продажей.

 3) Использование этих же фирм-прокладок для реализации угля, добываемого госшахтой, что тоже приносит немалый доход, который можно будет пустить на приватизацию.

4) Использование для получения дополнительного дохода угля из копанок. Анализ цифровых данных показывает, что некоторые государственные шахты продают угля больше, чем добывают. То есть, через госшахту легализуется уголь незаконных копанок, за который кроме прямого дохода от продажи можно получить еще и дотации из государственного бюджета. Цена вопроса достаточно высокая для того, чтобы рискнуть, хотя при наличии хорошей «крышы» уровень риска стремится к нулю.

5) Расходы, связанные с добычей угля, относятся на госшахту, а доходы от его продажи отмываются через свои фирмы.

6) Ну, и наконец, «обанкротившаяся» государственная шахта, которая не смогла устоять перед свалившимся на нее «кризисом», приватизируется за бесценок.

А теперь перейдем к реальным, практически детективным историям.

Есть в городе Торез государственная шахта «Прогресс» - крупнейшее угледобывающее предприятие, входящее в состав объединения «Торезантрацит». На балансе шахты находятся угольные пласты h8 («Фоминской» - 59 704 тыс. тонн), h7 («Кащеевский» - 41 845 тыс. тонн), h6 («Верхний Гольдштейн» - 2 148 тыс. тонн). В настоящее время основные работы ведутся по пласту h8, который относится к числу наиболее мощных. На шахте разработана программа развития горных работ до 2020 года, которой намечено планомерное увеличение уровня добычи до проектной – 1,8 млн. тонн. При таком уровне добычи угля срок службы шахты составит 53 года. Численность работников на шахте более 1800 человек.

В начале 2012 года зарегистрировано ООО «Прогресс-БЛМ» (код ЕГРПОУ 37643920), наименование которого дублирует название госшахты. Согласно данным государственного реестра это предприятие должно располагаться в г. Торез, ул. Поповича, 17 корпус 1. Вот что рассказали журналисты, намеревавшиеся побеседовать с руководством этой фирмы:

«По указанному адресу в Торезе находится бизнес-центр, но офиса у фирмы «Прогресс БЛМ» там нет. Консьержка бизнес-центра удивилась, когда мы сказали, что здесь должна находиться такая фирма.

Самое интересное, что и заместитель директора  бизнес-центра никогда не видела ни руководителя, ни сотрудников «Прогресс БЛМ»! Лишь дала номер телефона юриста этой компании – Дениса.

Далее, стало еще интереснее. Номер телефона, который дали в бизнес-центре, указан в том же государственном реестре юридических лиц. Мы позвонили, и нам ответил мужской голос, который представился Денисом, но… Денис лишь подтвердил, что он действительно Денис. Ни фамилии, ни точной должности мужчина нам так и не назвал, а по поводу фирмы «Прогресс БЛМ» сказал (дословно): «Я никогда не слышал про «Прогресс БЛМ»! – и  отказался дальше говорить на эту тему».

Несмотря на перечисленные сведения почти детективного характера, решением Донецкого облсовета № 6/13-329 от 01.08.2012 г. ООО «Прогресс БЛМ» согласовано предоставление недр в пользование для добычи угля именно по пласту h8 в границах обособленного подразделения «Шахта «Прогресс» государственного предприятия «Торезантрацит»!!!

Типа, коллектив численностью под две тысячи человек не справляется, надо бы помочь, пацаны, на вас одна надежда. Так, что ли, нужно понимать решение облсовета? Только где ж их найти, этих «пацанов»?

Как впоследствии выяснилось, определенным знающим людям все же ведомо место нахождения фирмы-фантома, которую, видимо, создали люди с универсальными способностями и возможностями. И снизошла на них благодать углепромовская. «Торезантрацит» признал победителем тендера фирму, созданную буквально накануне его проведения, и для поиска которой нужно нанимать детективов, и даже решил закупить у нее горное оборудование на 162 млн. грн.!!!

Теперь сделаем вдох-выдох, чтоб унять зависть, и продолжим подбивать «бабки».  Аппетит, как известно, приходит во время еды, а после первой и второй – перерывчик небольшой, так что «Торезантрацит», руководствуясь этим правилами, буквально через месяц проводит новый тендер, по итогам которого заключает с тем же ООО «Прогресс-БЛМ» договоры на приобретение оборудования теперь уже на сумму 169,81 млн. грн. (данные «Вестника государственных закупок»). В частности, за эти деньги фирма обязалась поставить два комплекса для разработки лав (лава – место, где непосредственно осуществляется добыча угля на шахте) конкретно, на шахту «Прогресс» (а как иначе, все-ж таки практически «однофамильцы», почти родственники).

На указанных сделках «пацаны» в качестве посредника между шахтой и производителей оборудования подняли несколько десятков миллионов гривен, не покидая офиса, которого у них нет. Эти денежки, фактически украденные из бюджета, могут быть теперь пущены на выкуп госшахты.

Кстати, по указанному выше тендеру  один лава-комплект за 38,00 млн. грн. приобретен для шахтоуправления им. Л.И. Лутугина, которое согласно постановлению Кабмина будет приватизировано в первую очередь! Проводились тендеры и по другому «первоочереднику» «Торезатрацита» – шахтоуправлению «Волынское».

На вывод о том, что шахты, которые могут быть приватизированы, специально модернизируются перед этим за государственный счет, наводят, в том числе, действия Министерства энергетики и угольной промышленности Украины (Минэнергоугля), которое издало серию приказов о списании с баланса госшахт устаревшего оборудования (например, один из таких приказов от 22.01.2013 г. № 24 «Про списання державного майна з балансу ВП «Шахта «Прогресс» ДП «Торезантрацит»).

О том, кто стоит за фирмой – двойником государственной шахты «Прогресс», в СМИ высказываются различные предположения, но мы будем руководствоваться официальными сведениями. Согласно данным государственного реестра собственником «Прогресс-БЛМ» значится житель Макеевки Савченков Ю.В., а уставный капитал этой фирмы составляет всего 10 тыс. грн. (уставный капитал фирмы – соперника на тендере вообще равен 1 тыс. грн., при том, что тендеры потянули на несколько сот миллионов гривен!). Поскольку в госреестре указан контактный телефон фирмы, автор позвонил по нему и попросил пригласить Савченкова, но в ответ услышал, что такое лицо тому, кто ответил по телефону, не известно, после чего в трубке раздались короткие гудки. Автор еще несколько раз попытался набрать номер (вдруг случайный обрыв связи), но обладатель телефонного номера явно не желал общаться, потому что сбрасывал вызов.

Кстати, в госреестре отсутствуют сведения о том, что «Прогресс-БЛМ» состоит на учете в налоговой инспекции или в Пенсионном фонде, так что не факт, что это предприятие имеет в штате хотя бы одного сотрудника и делится с государством своими многомиллионными доходами.

В надежде что-то прояснить в «Торезантраците» автор зашел на официальный сайт этого предприятия (http://gpta.com.ua/). Там имеется раздел «Контактная информация ГП Торезантрацит», но при нажатии на эту ссылку появляется запись «Реквизиты (бухгалтерские, финансовые,...), основные телефоны. Информация пока отсутствует».

При таких обстоятельствах ничего не оставалось, как обратиться в областную прокуратуру с просьбой о проверке законности проведения тендеров с «мутной» фирмой, а заодно проверить и саму эту фирму-фантом. 

Мы привели данные только двух тендеров, реально их больше, тендеры на поставку оборудования ГП «Торезантрацит» тоже на сотни миллионов гривен в 2012 году выигрывали, в частности предприятия Рината Ахметова. Похоже на то, что «Торезантрацит» усиленно готовят к приватизации, а может быть это государственное угольное объединение будет даже первой ласточкой.

По информации местных журналистов, в начале января 2013-го на шахте «Прогресс» созвали народ, на встречу с которым прибыли представители Всеукраинского банка развития (ВБР). На собрании руководство шахты объявило, что всем нужно написать заявление на открытие счета в этом банке, поскольку отныне заработная плата будет перечисляться только на счет ВБР (напомним – собственник Александр Янукович). До этого шахту и городские учреждения обслуживали другие банки, но народу объяснили, что ВБР – это единственный банк, который им нужен.  Были ли на собрании представители Антимонопольного комитета, неизвестно, но мысли по поводу того, кто будет одним из претендентов на приватизацию шахт «Торезантрацита» возникают и без этого. Плюс к тому, «ОстроВ» уже публиковал информацию об особом интересе Александра Януковича к антрациту, из-за которого его назвали в Швейцарии угольным королем.

Итак, кто там продолжает утверждать, что Торез, Шахтерск и окрестности – это депрессивные регионы Донбасса, что здесь «ловить нечего» и вообще, что в углепроме кризис? Ща будем продолжать доказывать обратное. Мы обозначили только один из способов изъятия из бюджета денежек на покупку шахты или «нужных» людей, которые эту шахту отдадут практически даром. Идем дальше.

Решением Донецкого облсовета № 6/17-440 от 24.12.2012 г. согласовано предоставление недр в пользование ООО «Донрозробка» (31362083) для добычи угля в Шахтерском районе в границах «Шахта «Яблоневская» того же государственного предприятия «Торезантрацит» (шахта относится к ш/у «Волынское», включенному в приватизационный список). Указанная фирма «тендерует» более скромно. Например, выигрывала тендеры на поставку угля учреждениям образования на десяток миллионов гривен. Правда, нужно признать, что однажды «Донрозробка» прокололась и Донецкое областное отделение АМКУ оштрафовало это предприятие на 68 тыс. грн. за антиконкурентные согласованные действия, которые привели к искажению результатов торгов при проведении отделами образования торгов по закупке угля (эта замысловатая формулировка расшифровуется просто – соперником на тендер выставляется «дружественная» фирма, которая явно завышает цены и «проигрывает»).

Казалось бы, зачем лишние хлопоты по оформлению разрешения на предоставление недр в пользование, если явно видно, что небольшие частные фирмы шахту строить не собираются? Здесь всплывает тема нелегальных копанок – их «черный» уголь нужно как-то «отбеливать». С другой стороны, разрешение на использование недр, лежащее в кармане, демонстрирует явное намерение в будущем приватизировать шахту.

О масштабности подготовки к приватизации углепрома свидетельствуют решения Донецкого областного совета. В предыдущей публикации упоминалось ООО «Град-инвест плюс», которому облсовет разрешил добывать уголь в границах госшахты «Северная». Выше названы еще две частных фирмы и госшахты, деятельность которых перекрещивается. Перечислим кратко и другие решения, по которым облсовет дал согласие на использование угольных пластов в рамках действующих государственных шахт. Итак, Донецким обсоветом согласовано предоставление недр в пользование для добычи угля ООО «Донбасвугіллярезерв» (37473160, г. Енакиево) в границах шахты «Ольховатская» ГП «Орджоникидзеуголь» (решение № 6/17-441 от 24.12.2012); ООО «Донецьквуглеремонт» (00180456, г. Торез) в границах шахты «Заря» ГП «Снежноеантрацит» (решение № 6/10-261 от 29.03.2012); ООО «Компанія енергетичних систем» (37517129, г. Донецк) тоже в границах шахты «Заря» ГП «Снежноеантрацит» (решение № 6/13-328 от 01.08.2012) (шахта «Заря» - тоже претендент на приватизацию).

В своих более ранних публикациях на тему углепрома "ОстроВ" отмечал, что ГП «Селидовуголь» пока не включено в перечень для распродажи, его планируют на первом этапе корпоратизировать, то есть, разбить на отдельные составляющие, которые как раз и могут стать самостоятельными лотами при последующей приватизации. Пока же «Селидовуголь» наращивает объемы добычи угля (рост в 2011 – 2012 года на уровне 30 – 35 % ежегодно, или 1,8 млн. тонн в абсолютных цифрах). Объединение явно не претендует на включение его в список банкротов-неудачников, а потому будущие приватизаторы на него не просто глаз положили, а давно уже разработали и теперь реализуют схему, по которой, как они, скорее всего, рассчитывают, «золотая рыбка» сама приплывет в их сети.

Реализации схемы был дан старт в начале 2012 года. В государственный реестр 26.01.2012 г. внесена запись о регистрации ООО «Шахта «Курахівська» (37791287). Через месяц, а именно 27.02.2012 г. зарегистрированы еще два предприятия ООО «Шахта 1-3 «Новогродівська» (37909199) и ООО «Шахта «Росія» (37909183), а 12.03.2012 г. в госреестр внесено ООО «Шахта «Південнодонбаська № 1» (37934326).

Все перечисленные предприятия являются полными тезками государственных шахт, три из которых – Кураховская, Новогродовская и Россия – входят в состав ГП «Селидовуголь».

Итак, налицо имеем явно спланированные действия, цель которых достаточно прозрачна и, как говорится, лежит на поверхности. На определенные мысли наводят также адреса новоявленных «шахт». Два из перечисленных ООО (Новогродовская и Россия) зарегистрированы по одному и тому же адресу в городе Новогродовка (там же находится государственная шахта «Новогродовская»), ООО «Шахта «Курахівська» и ООО «Шахта «Південнодонбаська № 1» зарегистрированы там же, где расположены одноименные государственные шахты. Нужно также отметить, что Шахту «Кураховскую» уже пытались продать в 2009 году, но тогда Конституционный суд отменил это решение.

Обращает на себя внимание хронология дат регистрации фирм – они идут чередой, одна за другой. А это тоже определенная подсказка, что эти фирмы имеют один корень или проистекают из одного источника.

Немаловажно  и то, кто назначен руководителями новосозданных частных структур.

ООО «Шахта 1-3 «Новогродовская» возглавил Кобиляцкий С.В., который, по имеющейся информации, до этого возглавлял шахту «Жовтневий Рудник» ГП «Донецкая Угольная Коксовая Компания».

Руководство ООО «Шахта «Россия» принял на себя Савицкий А.И., который ранее работал директором «ШУ имени Г.М.Димитрова» ГП «Красноармейскуголь» и одно время даже был и.о. генерального директора ГП «Селидовуголь».

Директором ООО «Шахта «Кураховская» стал Климченко А.М. – бывший глава шахты имени Стаханова ГП «Красноармейскуголь».

Как видим, частные структуры возглавили лица, которых принято называть угольными генералами. Причем они стали наемными директорами, то есть, исполнителями, а не хозяевами. Отсюда резонный вопрос – к кому в услужение пошли генералы, к какому фельдмаршалу, поскольку наивно думать, что человек с улицы может вот так запросто завлечь к себе на работу бывших руководителей крупных угледобывающих предприятий? Ответ перенесем на потом, а пока посмотрим, что происходило дальше.

Донецкий облсовет, конечно же, согласовал предоставление недр для добычи угля шахтам-двойникам в границах их государственных «однофамильцев», так что просто перечислим реквизиты этих решений: ООО «Шахта 1-3 «Новогродовская» - решение № 6/12-308 от 07.06.2012; ООО «Шахта «Россия» - решение № 6/12-309 от 07.06.2012; ООО «Шахта «Кураховская» - решение № 6/18-462 от 16.01.2013.

Трудно отделаться от мысли, что правительство, «перезагрузка» которого произошла после парламентских выборов, не действует в одной связке с потенциальными будущими владельцами госпредприятий углепрома, не подыгрывает им. Не претендуя на полноту сведений, все же отметим, что  новоназначенный глава Минэнергоугля, начиная с момента вступления в должность, издал ряд приказов о списании оборудования с баланса госшахт (один из таких приказов мы приводили выше по шахте «Прогресс»). Серия аналогичных приказов издана в отношении шахт ГП «Селидовуголь» (например, приказы № 973 от 04.12.2012 по шахте 1-3 «Новогродовская»,  № 979 от 06.12.2012 и № 26 от 22.01.2013 по шахте «Кураховская»).

В то же время эти шахты проводили тендеры по закупке нового оборудования за государственный счет. В «Вестнике государственных закупок» имеются данные о достаточно большом количестве тендеров, проведенных в 2012 -2013 по перечисленным шахтам. При этом, если оценивать в денежном эквиваленте, 80 – 90 % тендерных закупок отдаются компаниям Александра Януковича и Рината Ахметова.

Например, по итогам тендера ООО «Шахта «1/3 Новогродовская» получила 45,96 млн. грн. за снабжение оборудования для оснащения забоя 18 северной лавы пласта L1 госшахты «1/3 «Новогродовская». Краткие данные по другим тендерам: ООО «Шахта «Россия» - 27,14 млн грн. плюс 293 млн. грн., ООО «Шахта «Южнодонбасская № 1» - 99 млн. грн., ООО «Шахта «1-3 Новогродовская» - 0,99 млн. грн. плюс 252 млн. грн.

Всего частные фирмы-двойники за несколько месяцев сообща выиграли тендеры на поставку оборудования шахтам-тезкам почти на один миллиард гривен.

Почему именно фирмы–однофамильцы, созданные накануне тендеров и как бы специально для них, признаются победителями? Чисто случайно? Но цепь случайностей – это уже закономерность. Давайте вспомним еще раз – кто возглавляет перечисленных выше счастливых победителей тендеров? И зададимся еще одним вопросом – может ли один угольный генерал не признать победителем тендера другого угольного генерала, если они с ним варились, да и сейчас продолжают вариться в одном котле?

В силу своей профессии автору доводилось консультировать предприятия, участвовавшие в тендерах. Вот с какими случаями пришлось столкнуться.

Предприятие – производитель продукции решило принять участие в тендере, проводимом органом власти. Рассчитывали на победу, поскольку соперниками были посредники. Но властное должностное лицо приглашает представителя предприятия и говорит прямым текстом – вам не нужно участвовать в этом тендере, отзовите свое предложение. А мы вам потом поможем в другом.

Другой орган власти разбил закупки на отдельные лоты, на которые подается отдельная заявка. Но, чтобы сделка была выгодной, нужно было претендовать не менее, чем на 20 лотов. Предприятие, войдя в контакт с организаторами тендера, посетовало, что трудно подготовить столько много пакетов тендерной документации. Тогда чиновник добродушно признался – достаточно сдать просто пустые конверты, лишь бы они были зарегистрированы!

О чем говорят приведенные, да и другие, выявленные журналистами, казусы? Только об одном – судьба любого тендера, проводимого для закупки за государственные средства, заранее предрешена, а будущие победители, знающие истинные расклады, тихонько ухмыляются в сторонке и держат «дулю в кармане».

Парламентский "Голос Украины" в середине марта сообщил, что прокуратурой и милицией в Черновцах будет проведена проверка  соблюдение законодательства при проведении тендеров по закупке за государственные средства, Практически сразу же появилась информация о том, милиция серьезно «наехала» на тендерную мафию Черновицкой облгосадминистрации и уже получены доказательства, почему на тендерах выигрывают только «родственные» фирмы.

К сожалению, наши правоохранительные органы работают тоже «под колпаком» и занимаются расследованием только тех махинаций, на которые получено «добро» свыше. Так что при нынешней ситуации ждать серьезных разоблачений в Донбассе не приходится – не открывать же дела в отношении самих себя?

Попробуем все-таки проследить, куда ведут тендерные пути-дорожки шахт-двойников, поскольку, при всем уважении к угольным генералам, не все в этой жизни и от них зависит, раз пошли работать исполнительными директорами.

Согласно данным госреестра у ООО «Шахта «Кураховская» два учредителя – ООО «Угольная компания «Продакс» (36062082) и Кузяра Сергей Владимирович (сын бывшего генерального директора ПО «Макеевуголь» Владимира Кузяры). В свою очередь «Продакс» принадлежит Кузяре С.В., который возглавляет совет директоров этой компании.

Сергей Кузяра работал вице-президентом в угольной компании «Инвестиции и развитие» Игоря Гуменюка, был советником министра энергетики и угольной промышленности, в последнее время замечены его тесные контакты с Александром Януковичем, хотя сам Сергей Кузяра отрицает, что работает на Януковича-младшего и свои успехи объясняет только тем, что он просто стал уделять больше времени своему бизнесу. Тем не менее, практически все специалисты и журналисты относят УК «Продакс» к бизнес-группе Александра Януковича.

Думается, важным обстоятельством, характеризующим Угольную компанию «Продакс», можно считать также то, что в 2011 – 2012 годах ее генеральным директором был Потапенко А.А., который с этого поста перешел на должность и.о. генерального директора государственного предприятия «Донецкая угольная энергетическая компания» (бывшее объединение «Донецкуголь»). По данным "Форбс" компания «Продакс» в 2012 году выиграла государственные тендеры на сумму более 152 млн. гривен.

А теперь вернемся к дифирамбам директора Шахтоуправления «Южнодонбасская № 1» и областной газеты «Жизнь», которые все успехи госшахты отнесли на счет частной компании «Топливно-энергетический капитал». Чем примечательно эта компания и в чем ее заслуга? Дело в том, что она владеет фирмами, которая по тендерам продавали оборудование упомянутому государственному шахтоуправлению. Но интересы «Топливно-энергетического капитала» не ограничиваются только созданием шахт-дублеров. В прошлом году Антимонопольный комитет Украины дал разрешение этой фирме на приобретение компании «Востокуглемаш» (Моспинский ремонтно-механический завод), которая после этого также стала участвовать в тендерах на поставку оборудования государственным шахтам.

Странная ситуация, не правда ли. Обычно продавцы благодарят покупателей, и, по логике вещей, именно ООО «ТЭК» должно благодарить директора шахтоуправления за то, что тот «назначал» победителями тендеров предприятия, принадлежащие этой фирме. Чтобы понять причины такого необычного поведения, нужно разобраться, что представляет собой ООО «Топливно-энергетический капитал» (37967659).

Схема раздела корпоративных прав частных фирм – однофамильцев госшахт «Селидовугля» аналогична схеме, использованной при создании ООО «Шахта «Кураховская», что косвенно указывает на наличие у них единого координационного центра. У всех частных шахт-двойников как бы два собственника, между которыми разделен уставный капитал, равный 1 миллиону грн. Доля «Топливно-энергетического капитала» составляет 990 тыс. грн. (99 %). Второй учредитель – Сичинава А.И., топменеджер семьи Янукович, возглавлявший до конца 2011 года наблюдательный совет Всеукраинского банка развития (ВБР), который мы уже упоминали выше, внес в уставный капитал 10 тыс. грн. (1 %). Он же значится единственным собственником ООО «ТЭК», уставный капитал которого равен 5 млн. грн. Таким образом, на формирование уставного капитала материнской фирмы и шахт-дочек Сичинава А.И. выложил 8 миллионов грн., но эти деньги многократно уже окупились только за счет выигранных тендеров (можете сами вычислить комиссионные от общей суммы тендеров, а это более 800 млн. грн.).

По приведенной выше схеме создания фирм физические лица (Кузяра и Сичинава) считаются полноправными собственниками шахт-двойников, поэтому усложнение схемы участием этих лиц в создании и головной компании, и «дочки», как бы выглядит излишним. Но такой подход имеет свое логическое обоснование. Представим, что через какое-то время указанные лица решат продать свои корпоративные права в головной компании реальному хозяину, который в этом случае через материнскую фирму автоматически становится собственником корпоративных прав в шахтах-двойниках. В этом случае доля, закрепленная за физлицами в уставном капитале «дочерних» шахт, останется Кузяре и Сичинаве в качестве своеобразной премии «за хлопоты».

Директор «Топливно-энергетического капитала» Коваленко С.П. не относится к улепромовскому генеральскому корпусу, сведений о нем вообще мало, так что дело явно не в нем. Создано и зарегистрировано ООО «ТЭК» недавно – в ноябре 2011 года. Не такой уж большой срок, на какое уважение уже заслужили! Согласно данным госреестра, ООО «ТЭК» должно находиться по адресу – город Донецк, ул. Артема, 138-А. Это здание Бизнес-центра «Акула».

 

 В постановлении Донецкого апелляционного хозяйственного суда от 16.02.2009 г. по делу № 15/197 указано, что собственником «Акулы» является  ООО «Стрим» (32050995). В свою очередь мажоритарным собственником указанного предприятия значится ООО «Інвестиційна Будівельна Группа» (35057438), которое попутно владеет существенной долей в ООО «Столичный стиль» (37040295), расположенного в здании по адресу: г. Донецк, пр. Богда Хмельницкого, 102. Дончане хорошо знают это здание, вот оно.

  

 Это комплекс «Столичный», включающий в себя бизнес-центр и гостинично-ресторанный комплекс, управление которым как раз осуществляет ООО «Столичний стиль». До недавнего времени одним соучредителей «Столичного стиля» был Александр Янукович, но потом он передал корпоративные права другой своей фирме. Строила «Столичный» также компания А.Януковича – «Менеджмент Ассетс Корпорейшенс» (МАКО), и именно в этом бизнес-центре прописаны многие фирмы, связанные с «Семьей». В число совладельцев «Столичного стиля» входит также глава Донецкого областного совета Федорук А.А. 

Ну и, наконец, последний аргумент. Несмотря на то, что шахты-дублеры зарегистрированы по разным адресам, в госреестре в качестве контактного телефона у них указан донецкий номер, причем у трех фирм он один и тот же (062-210-09-ХХ), а подобные телефонные номера используются бизнес-центром «Акула».

 Таким образом, нетрудно сделать вывод о том, что старший сын Президента Александр Янукович – реальный конечный собственник ООО «Топливно-энергетический капитал», а значит и всех созданных этой фирмой шахт-двойников. Так что, восхваляя «Топливно-энергетический капитал», директор шахтоуправления «Южнодобасская № 1» и газета «Жизнь», являющаяся органом Донецкой облгосадминистрации и Донецкогооблсовета, фактически гладили Александра Викторовича.

Из изложенного выше также следует, что именно принадлежность к «Семье»  объясняет, почему частные шахты-двойники и прочие фирмы так легко и с завидным постоянством выигрывают тендеры, общая сумма которых уже перевалила за миллиард. Эти обстоятельства указывают также на тех лиц, для которых сейчас осуществляется за государственный счет модернизация шахт, и в чьи руки готовятся их передать.

А тем временем на Западе…

Как-то так повелось в Украине, что с момента провозглашения независимости мы отказываемся перенимать чужой опыт, не учимся на чужих ошибках, стойко создаем свои – нам не подошла польская «шоковая терапия», не пришелся ко двору прибалтийский путь, Европа нам не указ, мы предпочли катиться по своим кочкам и ухабам. Хотя зачем изобретать велосипед? Мы выбрали курс евроинтеграции, мы стремимся в Евросоюз, значит, должны присматриваться к опыту европейских стран. Тем более, что ситуация в украинском углепроме отнюдь не уникальна, реформированием угольной отрасли занимались  многие европейские государства, а шахты, как частные, так и государственные в Европе имеются поныне.

Бытует ошибочное мнение, что в странах с развитой рыночной экономикой все сосредоточено только в частных руках. Но это далеко не так.

Начнем наш краткий обзор не с западной Европы, а с Японии. В этой стране существует мощная государственная корпорация нефти, газа и металлов «Japan Oil, Gas and Metals National Corporation» (JOGMEC). Причем, создана эта корпорация сравнительно недавно – в 2004 году, ее основой стали Национальная нефтяная корпорация (Japan National Oil Corporation), задачей которой было обеспечение устойчивого снабжения страны нефтью и природным газом, и Металлургическое горнохимическое агентство Японии (Metal Mining Agency of Japan), занимавшееся снабжением японской промышленности металлом и минеральными ресурсами. То есть, Япония пошла по пути укрупнения государственной корпорации (вспомним – НАК «Нефтегаз Украины», наоборот, хотят разделить на отдельные структуры) и усиления государственного влияния в промышленности. Такая стратегия уже принесла серьезный результат – на днях JOGMEC объявила, что ею разработана технология добычи газа с морских глубин, а это будет серьезным ударом по позициям российского Газпрома в восточном регионе.

Страны Европы всегда сохраняли государственный сектор экономики, а приватизацию осуществляли планомерно. Так что будет полезным посмотреть на европейский опыт в приватизации экономики.

Франция в своей истории прошла как этапы национализации (1936, 1945, 1982 года), в результате которых сформировался обширный государственный сектор экономики, так и приватизации (конец 60-х – начало 70-х, 1986-1988, 1993-1996 годы). Приватизация предприятий не была неким единовременным актом, это была долговременная стратегическая программа, которую реализовывало несколько правительств. При этом государство всегда  сохраняло или вводило новые рычаги контроля и управления экономическими процессами. Программы приватизации тщательно готовились, просчитывались, а после проведения приватизации государство контролировало деятельность предприятий, чтобы новые хозяева соблюдали приватизационные условия, и не была допущена перепродажа этих предприятий (сравните – в Украине всегда гадают, кто же реальный собственник, а приватизированное предприятие порой вскорости переходит через несколько рук во власть оффшоров).

Нельзя не отметить, что продажа госсобственности осуществлялась по достаточно высоким ценам, а на базе приватизированных предприятий, как правило, создавались акционерные общества, в результате чего акционером стал каждый шестой совершеннолетний житель страны.

Кроме того, государство вводило ограничительные антимонопольные меры, предотвращающие сосредоточение отраслей экономики в одних руках, а также участие в капитале приватизированных предприятий иностранных инвесторов (как здесь не вспомнить о Кипре и других островов, жители которых являются собственниками большей части приватизированного сектора экономики Украины, или о том, что экономика Украины фактически поделена между несколькими семьями).

В послевоенной Германии (в том числе после ее объединения) приватизация также осуществлялась под жестким контролем государства, при этом параллельно разрабатывались программы сохранения госсобственности и эффективного управления госпредприятиями.

В Испании активное сокращение государственного сектора было осуществлено в последние 15-20 лет, а до этого его доля в общем объеме валового внутреннего продукта страны составляла более 90 %. Вся электроэнергия в стране производилась на государственных электростанциях, государственными были на 100 % связь и газодобывающие предприятия, а также 65 % угледобывающих и почти 90 % предприятий по выработке стали.

Сейчас в госсобственности остаются крупные испанские угольные шахты, которые поддерживаются дотациями государства (ситуация похожа на нашу). Но государство, тем не менее, продолжает сохранять эту важную для страны отрасль.

Как правило, в предприятиях стратегических отраслей Испании государство владеет так называемой «золотой акцией», дающей право блокировать любое решение акционеров, с которым правительство не согласно. Кроме того, ни испанская, ни зарубежная компания не могут купить сколько-нибудь значимый пакет акций предприятия, относящегося к числу стратегических, без специального разрешения правительства Испании (в отличие от нашего Антимонопольного комитета, работающего по принципу – чего изволите, хозяин?).

Существует специальная, подотчетная парламенту, государственная Комиссия по приватизации, которая контролирует весь процесс продажи государственных предприятий. В среднем крупнейшие предприятия в Испании продавались в течение 5-8 лет (напомним, у нас решили чуть ли не весь углепром приватизировать за полтора – два года).

В Италии к 1960-му году правительство прямо или косвенно контролировало около 40 % национальной экономики, а в отдельных отраслях эта доля доходила до 90 %. В 1992 году Италия начала реализовывать программу частичной продажи предприятий частным собственникам для повышения конкурентоспособности и уменьшение дефицита государственного бюджета. Был также принят закон, по которому все основные государственные монополии (ENI – нефть, газ, химия, цветная металлургия, машинное оборудование; IRI – тяжелое машиностроение, авиа- и железнодорожный транспорт; ENEL – электроэнергетика; INA – страховой бизнес), а также некоторые крупные банки преобразовались в акционерные общества с введением механизма «золотой акции».

Отдельного разговора заслуживает Великобритания, хотя бы потому, что в этой стране достаточно сильная угольная промышленность, которая прошла непростой путь в своем развитии. В 70-е годы прошлого столетия Англию потрясли многочисленные массовые забастовки шахтеров, которые привели к отставке лейбористского правительства и приходу к власти консерваторов во главе с Маргарет Тэтчер. Угольная отрасль, как и некоторые другие, на это время была полностью государственной, так что новому правительству досталось нелегкое наследие. Тэтчер настояла на проведении жесткой реформы экономики, главной задачей которой было избавление государства от неэффективных производств. Для реализации такой цели правительство разработало программу привлечения инвестиций в стратегические отрасли экономики. Процесс был длительным и непростым — практически под каждую приватизацию разрабатывались специальные законодательные акты и отдельный механизм приватизации (как проходила и проходит приватизация в Украине мы все видим). В результате успешно приватизированы крупнейшие госмонополии – British Telecom, British Rail, British Gas и British Steel. В свою очередь это добавило казне средства от продажи и новых налоговых поступлений.

Самым тяжелым процессом стала приватизация шахт, тем более что шахтерские забастовки не утихали. При подавлении забастовок и реформировании угледобывающей отрасли правительство применило гибкую тактику, сочетавшую как проведение переговоров, так и введение жестких административных и экономических мер. Для предотвращения коллапса власть создала стратегические запасы угля, а в борьбе с бастующими государство иногда применяло крайне жесткие меры, включавшие в том числе, аресты забастовщиков, не согласных с проводимыми реформами. В итоге нерентабельные шахты государство закрыло, резко сократив общее количество действующих шахт (их стало в 20 раз меньше, чем было до приватизации), и заморозило на некоторый срок выплату шахтерам задолженности по зарплате. Оставшиеся шахты приватизировали.

Оценивая по прошествии лет ситуацию в Англии в целом, можно сказать, что это были беспрецедентные по своим масштабам и темпам реформирование и приватизация экономики, а потому Великобритания считается мировым лидером как по числу проведенных приватизаций, так и по общему количеству денежных средств, полученных государством от приватизации. Но, несмотря на грандиозные масштабы приватизации промышленности, государственный сектор Англии поныне сохранил достаточно высокие позиции в экономике, через него перераспределяется почти 40 % национального ВВП.

Приватизационные процессы в Англии  сопровождалась финансовым дерегулированием с целью поддержки экономического роста. Так, было либерализовано валютное регулирование, что позволило увеличить инвестирование отечественного капитала в иностранные рынки, активизирован фондовый рынок, поддерживался финансовый сектор. В результате финансовые институты стали играть в экономике страны даже более важную роль, чем промышленное производство.

Однако правительство Тэтчер считало меры государственного регулирования лишь небольшой частью проблемы — они ставили пред собой цель научить людей зарабатывать деньги самостоятельно. Для реализации этой цели государство создало Национальное угольное предприятие, которое за 12 лет инвестировало более 100 млн. фунтов в различные проекты и помогло создать более 55 тысяч новых рабочих мест. В шахтерских районах появились трудовые консультации, в которых горнякам помогали искать работу, правильно оформлять резюме, устраиваться на курсы переквалификации. Национальное угольное предприятие активно помогало предпринимателям, желавшим открыть в шахтерских районах новое дело, — на эти цели можно было получить ссуду до 250 тыс. фунтов.

Реформирование экономики и приватизационные процессы сопровождались высвобождением рабочей силы. Особенно много уволенных было среди шахтеров. Но государство не бросило их на произвол судьбы. Для борьбы с безработицей правительство Тэтчер разработало комплексную программу помощи потерявшим работу – были реформированы социальная помощь, регулирование квартирной платы государством, стимулировались неполный рабочий день, более ранний выход на пенсию, профессиональная переподготовка на более востребованные специальности, переезд в другие регионы страны. К примеру, более 20 тысяч шахтеров согласились добровольно досрочно уйти на пенсию. Потерявшим работу шахтерам государство выплачивало выходное пособие, достаточно высокое даже по британским меркам – шахтеру, проработавшему 30 лет, платили 30 тысяч фунтов. Одновременно реализовывалась программа переобучения и перепрофилирования уволенных горняков, создавались курсы для получения новых специальностей, оказывалась помощь в трудоустройстве или в организации своего бизнеса.

Не оставило без внимания государство и шахты, которые продолжали добывать уголь, им создавались благоприятные условия для деятельности. К примеру, в законодательном порядке государство обязало энергетические компании покупать ежегодно не менее 30 млн. тонн британского угля по ценам значительно выше мировых. Для сравнения - "ОстроВ" недавно упоминал о том, что в начале этого года ДТЭК перестала принимать уголь государственных предприятий для своих тепловых электростанций «ДТЭК Западэнерго» и «ДТЭК Днепроэнерго», которые в 2011-2012 годах были приватизированы. Когда шахтеры остались без денег на зарплату, то директорский корпус стал просить помощи у правительства и президента, но те никаких мер, естественно, принимать не стали.

К реформированию и постепенной приватизации электроэнергетики английское правительство приступило только после «разруливания» ситуации с угольной отраслью (в Украине с точностью до наоборот). В итоге британская электроэнергетика реформировалась в открытый конкурентный рынок с незначительной долей государственного регулирования, что привело к немыслимому для нас эффекту: к резкому снижению тарифов – для  предприятий почти на 40 %, а для населения — примерно на 20 %. При этом потребителям предоставляется  возможность выбора поставщика электроэнергии (невероятное и даже фантастическое для Украины условие) на действительно договорной, а не на монопольной основе.

О злоупотреблениях в Англии при проведении приватизации говорить не приходится. Несколько коротких примеров для иллюстрации, чем их менталитет отличается от нашего.

Уинстон Черчилль после многолетнего пребывания на посту премьер-министра могучей державы ушел в отставку и стал проживать в замке, который в его семье переходил по наследству от одного поколения к другому. Через полтора года Черчилль заявил, что хочет выставить замок на продажу, поскольку у него не хватает денег на содержание поместья.

Дочь Маргарет Тетчер была журналисткой и иногда сопровождала мать в поездках. Если дочь летела в одном самолете с ней, Тетчер всегда оплачивала билет, поскольку дочь не входила в состав официальной делегации.

(Примечание – как живут и чем владеют Азаров и его сын в Интернете изложено детально).

Однажды у спикера одной из палат английского парламента журналисты поинтересовались повышенным гонораром за издание книги, который был несколько выше, чем в других аналогичных случаях. Спикер аргументировал тем, что издание самостоятельно предложило ему такой гонорар, он ни при чем, но поскольку у общества возникли сомнения, то он подает в отставку (реакцию Виктора Януковича на вопросы журналистов о 16-миллионном гонораре за неизданную и ненаписанную книгу, а также о том, как его сын стал миллиардером, вы могли видеть на недавней пресс-конференции).

И в завершение темы менталитета – в конце прошлого года многие СМИ разместили фото британского министра транспорта, ожидавшего утром поезд на станции метро, чтоб доехать на работу. Дело в том, что накануне налогоплательщики выступили с резкой критикой, что он ездит на дорогой машине, тратит их деньги и совершенно не знает ситуацию с общественным транспортом, поэтому министр решил пересесть на метро. У нас же все члены Кабина ездят только на дорогущих персональных «членовозах» и летают чартерами.

 Маргарет Тетчер была премьер-министром в течение 11 лет, но за это время ее кабмин успел лишь разработать программу реформирования угольной отрасли и начать ее реализацию, завершали приватизацию шахт другие правительства. Виктор Янукович дал указание завершить приватизацию углепрома в течение неполных двух лет, до окончания его президентского срока. То есть, во главу угла приватизации шахт, надо полагать, ставится цель успеть урвать от государственного пирога куски побольше и пожирнее до потери власти, а не интересы страны и экономики.

Подводя итоги, можно сказать, что если в первые годы независимости Украины  рассматривалась возможность применения опыта развитых стран, и даже сейчас Евросоюз пока готов оказывать нам помощь, то в случае продолжения имперских замашек, укрепления «Семьи» и «олигархизации» страны от нас все отвернутся, и тогда нам придется разворачиваться в сторону «банановых» государств, смириться с властью «вождя» и родоплеменными отношениями.

 

Виктор Яковлев, специально для «ОстроВ»

 

http://www.ostro.org/general/economics/articles/417163/



Обновлен 30 ноя 2014. Создан 20 июл 2013



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником